Пн. Мар 4th, 2024

Слова «у вас рак» боится услышать от врача каждый, без исключения, человек, несмотря на то, что злокачественные заболевания сегодня можно вылечить. В Новосибирской области более 60% пациентов с онкозаболеваниями живут более пяти лет после постановки диагноза. Именно пятилетняя выживаемость является основным индикатором успешного лечения. Чем раньше обнаружен рак, тем выше шансы полностью выздороветь. Герои сегодняшней статьи – пациенты, у которых было выявлено это серьезное заболевание. Все имена и диагнозы публикуются с разрешения пациентов.

Татьяна Гужова, рак молочной железы

О своем диагнозе я узнала во время диспансеризации в прошлом году. Там и рентген был, и маммография была. Я не поверила сначала. Мне наши медики говорили: «Езжай, проверься, перепроверься!», и все родственники тоже говорили, что надо перепроверить диагноз. Я говорила: «Да не болит у меня ничего, не может у меня быть рака». Я же до этого проходила диспансеризацию – ничего не было.

Поехала, попала к [онкологу] Шевчук Елене Ильиничне. Все было очень вежливо, участливо. Сделали биопсию и направили на все остальные анализы на Плахотного (в областной онкодиспансер – прим.). Все были очень вежливы, профессиональны, я скажу огромное спасибо врачам. Уже 1 октября мне сделали операцию. Сейчас я прохожу химиотерапию, сделала уже 4 процедуры из 8, иду на поправку. Сейчас я уже намного лучше себя чувствую. Все родственники меня поддерживали, дети сами возили меня на процедуры.

Заболевание выявили на очень ранней стадии, опухоль была размером всего 1,5*2 сантиметра. Сначала врачи надеялись, что мне даже химия не понадобится, можно будет обойтись лучевой терапией, но после операции поменяли решение, так как оказалось, что еще точки появились. Но сейчас все идет хорошо, прогноз у меня хороший.

Анатолий Колточихин, плоскоклеточный рак кожи

Я сам из Сузуна, а в Новосибирске лечил глаза, у меня близорукость, я хотел поставить новый хрусталик. И доктор, который меня осматривал, заметил, что у меня на щеке вроде что-то, похожее на рак, и сказал, что мне надо бы к онкологу обратиться. Я приехал в Сузун и пошел онкологу, Роману Николаевичу. Он только взглянул на меня, на болячку на щеке, и говорит: «У вас рак». Потом анализ взял и отправил в город. Через 2 недели пришло подтверждение рака. И врач меня направил в город, в раковый (в онкологический диспансер – прим.). А так у меня ничего не болело, ничего не беспокоило, только несколько дней до операции я на этой щеке спать не мог.

Врачи очень хорошие были, и у нас, в Сузуне, и в городе. Правда, 3 раза пришлось ездить – первый раз просто на консультацию, второй раз на консилиум, а третий раз приехал, меня с утра посмотрели и после обеда сделали операцию. И сразу отправили домой, я в больнице даже не ночевал.

29 ноября мне вырезали опухоль, сейчас у меня щека заживает, я наблюдаюсь у врача, хотя меня ничего не беспокоит. Роман Николаевич сказал, что как зарастет – так снова в город на проверку. Дай бог, чтобы нормально все зажило.

Когда мне сказали, что у меня рак, я не испугался. Мне 78 лет, я уже ко всему готов. У меня еще диабет второго типа, ревматоидный артрит и других болячек очень много. Но можно сказать, что прогноз у меня хороший, насколько это возможно в моем состоянии.

Ольга З., рак молочной железы

В конце сентября-месяца, я пошла в поликлинику, потому что у меня заболело колено. И тут я сразу скажу, что я очень благодарна своему участковому терапевту Елене Александровне Мурашко за то, что она не стала заниматься только моим коленом, а направила меня на диспансеризацию. И на диспансеризации в какой-то момент стало понятно, что есть у меня новообразование в молочной железе. В поликлинике, когда брали гистологию, патологических изменений не обнаружилось, но стали перепроверять, диагноз подтвердился. И тут на моем пути встретился следующий замечательный человек – онколог поликлиники Наталья Валерьевна Астахова.

У меня с начала лечения создалось ощущение, что я попала в поток, в поток действий. Все происходило очень быстро, прошли, конечно, не дни, но и не бесконечность, все заняло несколько недель.  Меня направили на консультацию в онкодиспансер на Плахотного, где я попала в следующие не менее добрые руки. Подтвердили, что у меня рак молочной железы, опухоль. За что еще моя благодарность врачам в поликлинике увеличена многократно – эта опухоль на очень-очень начальной стадии, самый-самый первый этап. И в начале декабря меня, собственно, прооперировали. Сейчас я нахожусь на лучевой терапии.

Мне пришлось овладеть знаниями про онкологическое заболевания и покопаться в этом. Прогнозы – дело неблагодарное, но, по крайней мере, моя болезнь была обнаружена на ранней стадии. Все остальное покажет время.

Врачи нормально ответственно выполняли свою задачу и меня поддерживали. Но, знаете, самое страшное в этом диагнозе — когда вы его услышали и период до операции. Вот это самое страшное и самое неприятное. Потом, когда ты уже попадаешь на операцию, в больницу (в диспансер в моей ситуации), уже просто попадаешь как бы в поток, в последовательность действий, в систему. Надо попасть в этот поток, и там уже не страшно, там уже просто обладаешь тем, что ты обладаешь. Сам факт слышания диагноза и до того, как начнется что-то, связанное с лечением – крайне неприятное морально время. 

Я благодарна родным, что в глаза мне никто не охал и не ахал. Говорили: «Держись, мы с тобой». Это, наверное, правильно, потому что до операции и без родных хватает мыслей в голове, всяких, в том числе – ужасных. У меня среди родных есть врачи, и поэтому у них была такая позиция, когда просто говорят: «Сейчас медицина ушла далеко вперед. Стадия у тебя начальная. Слушай доктора, делай то, что говорит доктор, в том порядке и с той периодичностью, как говорит доктор, и все пройдет хорошо».

Диспансеризация однозначно нужна, большими буквами напишите: «ДИСПАНСЕРИЗАЦИЯ ОДНОЗНАЧНО НУЖНА!» Предположу, что, может быть, не во всех поликлиниках все доктора к этому относятся внимательно. Мне повезло. Ко мне отнеслись внимательно.

Я, к сожалению, не проходила диспансеризацию системно, это второй раз, первый раз я проходила ее лет пять назад. Я очень хочу сказать слова благодарности поликлинике, где я наблюдаюсь (ГВВ №3 – прим.) и благодарность областному онкодиспансеру на Плахотного. Просто огромная им благодарность. 

Николай Бестужев, рак сигмовидной кишки

Заболевание у меня обнаружили, когда я проходил диспансеризацию. Проходил первый раз и, можно сказать, случайно. Дачный сезон закончился, и я говорю жене: «Давай пройдем диспансеризацию, делать-то нечего, овощи уже выращивать не надо!» Мы оба уже на пенсии. Пошли в поликлинику, прошли обследование. Сейчас, когда диагноз уже выявили, я считаю, что важно проходить диспансеризацию регулярно. Раньше я так не думал.

Болезнь выявили практически сразу, как только я сдал анализ кала на скрытую кровь. Когда пришли результаты, меня практически сразу послали на колоноскопию. Болезнь выявили на самой ранний стадии, и у меня не было ни химии, ни лучевой терапии, было достаточно только операции. Весь процесс [от диспансеризации до операции] занял месяца 3.

Это раньше считалось, что онкобольной – это что-то безнадежно плохое и должно быть строго засекречено, а сейчас людей с таким заболеванием очень много. И это нужно не скрывать, а лечить – вот в чем дело. Это раньше скрывали от больного, что он болеет раком. А сейчас что скрывать, надо лечить, если есть возможность.

За 2023 год в ходе диспансеризации было выявлено 964 случая онкологических заболеваний. 80% из них были выявлены на ранней стадии.

У всех героев нашей статьи хороший прогноз. Онкологические заболевания у них выявили на ранних этапах благодаря слаженной работе и профессионализму врачей. Но забота о своем здоровье – задача не врача, а пациента. Поэтому мы еще раз напоминаем: потратьте один день в году на прохождение диспансеризации, и сохраните свою жизнь и здоровье на годы вперед.