Чт. Июн 20th, 2024

Кем может стать человек, если появился на свет 23 февраля? Дата-символ, несомненно, окажет свое влияние на его характер и судьбу, сделав из него настоящего мужчину – того, с кем в разведку не страшно пойти. Ярким примером сего утверждения служит С. Е. Мамочкин из г. Барабинска. Женщину и профессию для себя он выбрал один раз и на всю жизнь. Кроме Дня защитника Отечества (а по совместительству еще и день рождения) Сергей Евгеньевич отмечает также День Военно-Морского Флота (30 июля) и День железнодорожника (6 августа). О том, как провидение закинуло парня из далекого сибирского городка на Северный ледовитый и Тихий океаны, я решила узнать у самого старшего матроса, ветерана ВМФ, встретившись с ним накануне праздника.     

Родился С. Е. Мамочкин, как сам шутит, еще при Сталине, в последний год его жизни. Я сразу же вспоминаю недавно пересмотренный фильм «Холодное лето пятьдесят третьего…», и наша беседа плавно перетекает на страшные события того времени, творившиеся по всей стране. Освобожденная из тюрем преступная нечисть грабила и убивала мирное население. Наш райцентр не стал исключением. Сергей Евгеньевич рассказывает об участковом дяде Саше Пегове, фронтовике, который в одиночку, будучи раненым, взял банду из четырех человек на выемке, что находится за Барабинском.

— Неприметный такой был с виду мужик, коренастый, в галифе, хромовых сапогах. А поди ж ты, герой! Его все уважали: и взрослые, и дети. Увидел, как мы, пацанва, на озеро ходим охотиться, собрал отцов наших, предупредил: «Я не против, что они с ружьями, пусть лучше птицу всякую бьют, чем разбоем будут заниматься. Однако, смотри сами, чтобы никакого баловства!» Ослушаться авторитетного милиционера никто не смел. По весне, бывало, соберет ребятишек, только глянет из-под бровей «почему канавы еще не чищенные?», как мы уже бежим с лопатами откапывать до самого озера. Здорово тогда следили за порядком. 

Детство у Сергея было самое обычное, босоногое: с огородами, покосами, рыбалкой, футболом в любую жару и непогоду, зарением вороньих гнезд в лесу и прочими мальчишьими проказами. Баловалась ребятня втихаря, подражая старшим, и папиросками. Разжиться куревом не составляло проблемы: стеклянную тару принимали на каждом шагу. Сдал бутылку – вот тебе 12 копеек. Пачка «Севера» стоила 14 копеек, пачка «Байкала» — 12.

— А курить я бросил, когда дочь родилась — 9 февраля 1982 года (в прошлом году был юбилей здорового образа жизни – 40 лет). Домой пришел, меня мать встречает, поздравляет. Я из кармана пачку достаю: «На, мам, выброси в печку, больше эту гадость в рот не возьму».

— Прямо как в поговорке: мужик сказал, мужик сделал. Настоящий пример для подражания. Как Вы выбрали профессию машиниста?

— О-о, это голубая мечта моего детства! Тому, кто никогда не сидел в кабине электровоза, не понять всей сути. Отец, дядька, сестра – все железнодорожники. Больше тридцати лет я провел на стальной магистрали, водил грузовые и пассажирские поезда. Работа мне всегда нравилась, хоть, не скрою, порою приходилось тяжеловато. Пока от Омска до Барабинска доедешь – как выжатый лимон. Только головой до подушки – все, вырубился. Вот теперь уж пятнадцать лет отдыхаю, на пенсии. Мне предлагали остаться, и силы вроде еще были, но я твердо решил: пусть молодые трудятся, не буду никому дорогу закрывать.

Внимательно слушая собеседника, я тем временем разглядываю обстановку в квартире. Шкафы забиты толстыми собраниями сочинений классической литературы: Пушкин, Некрасов, Маяковский и др. Выясняется, что домашнюю библиотеку начал собирать еще отец, Евгений Александрович. Примечательно, что любимый автор собеседника Твардовский. На вопрос «почему», не задумываясь, отвечает:

— Только истинно русский мог так написать: «Любит русский человек Праздник силы всякий, Оттого и хлеще всех Он в труде и драке». 

Привлекают мое внимание и висящие на стене картины. На них изображены раскидистая береза на краю поляны, осенний колок с еле заметной тропкой, сумеречный рям. Хозяин поясняет, что брал их у местного художника, Максима Андреевича Негатина. Будучи на природе, автор частенько делал карандашные наброски, а потом по памяти писал увиденное. При взгляде на них кажется, будто ты и сам буквально вчера сидел на той самой полянке или собирал бруснику в ряму. Такой заядлый рыбак, охотник и грибник как Сергей Евгеньевич, не смог пройти мимо запечатленных на холсте пейзажей. Он видел их с детства, любуется красотами родной барабинской земли и по сей день. Не смогли перебить его любовь к отчему краю ни волнующий Тихий океан, ни загадочный Северный Ледовитый, в чьих безграничных просторах ему довелось нести боевую вахту на кораблях разведки.

— На действительную службу меня призвали 15 мая 1971 г. На комиссии хирург Петр Артемьевич Фадин сказал: «О, ты идешь в сто двадцатую команду». – «А что это?» — «Скоро узнаешь. Флот». В Новосибирске нас погрузили в поезд и отправили на Дальний Восток, в Хабаровск. Там мы с двумя одноклассниками, Виктором Гросулем и Сергеем Ничковым (вместе призвались,) попали в 49-й учебный отряд надводных кораблей. В основном в него набирали сибиряков. Был приятно удивлен и восхищен, когда на стенде в спортзале среди чемпионов, прославивших Тихоокеанский флот, нашел земляков из нашего локомотивного депо. Старший мастер ремонтно-хозяйственного цеха Михаил Ефимович Красиков – чемпион по тяжелой атлетике, машинист-инструктор Николай Васильевич Кальник – чемпион по вольной борьбе.

В учебке новобранец получил специальность радиотелеграфиста механика ЗАС (засекречивающая аппаратура связи), после чего его распределили в недавно созданный единственный на всех флотах дивизион десантно-штурмовых кораблей на воздушной подушке. Испытания проходили в атмосфере совершенной секретности на р. Амур. Сейчас подобные суда везде и даже на гражданке, а тогда это было чудо техники, ходившее на предельных скоростях как по воде, так и по суше, в том числе, по льду и снегу. Можно сказать, что Сергей Мамочкин стоял у истоков современного кораблестроения. Позднее его отправили на Северный флот. Ну, здравствуй, ледовый пояс планеты!

— Попробовали водичку за бортом?

— А как же! Согласно негласным традициям, каждый, кто впервые выходит в море (или меняет флот) должен пройти оморячивание. Вода набирается снаружи ведром и разливается в плафон освещения из кубрика. Вот ее-то, родимую, нужно выпить залпом. Мне пришлось несколько раз проходить подобную процедуру.

— Ну и каков океан на вкус?

— Солено-горький. В принципе, вода везде одинаковая. Помню, на Черном море меня хотели снова оморячить. «Не-е, — говорю, — братцы, из этой лужи я пить не буду» (смеется – прим. автора).

— Было страшно? Случись что, и эта консервная банка, пусть и очень большая, пойдет ко дну вместе с людьми? На суше выжить шансов больше, а здесь кругом вода да к тому же ледяная: утонуть не успеешь — замерзнешь.

— Да разве думалось такое? К тому же, военные корабли в одиночку не ходят (только если на испытаниях), тут целая эскадра: крейсера, эсминцы, миноносцы, противолодочные корабли, буксиры, корабли разведки и обеспечения – танкера, сухогрузы. Прикрытие со всех сторон, огневая мощь – пусть только сунется кто! В нейтральных водах, правда, нас постоянно сопровождали американские «Орионы» (самолет морской разведки), фотографировали. Но о чем-то серьезном, хотя и летали близко (можно было разглядеть белые подшлемники у летчиков) не помышляли: они же видели, как стволы за ними поворачиваются-следят.

Рядовому человеку трудно представить себе железную махину более ста метров длинной и высотой с трехэтажный дом, которая ходит (ибо плавают только щепки) по воде. Но матроса подобным не удивишь. Ледоколы – вот чем до сих пор восхищается Сергей Евгеньевич и с большим уважением рассказывает о грандиозной силе первого в мире атомного ледокола, красавца «Ленина», противостоявшего ледяным заторам высотой в два метра. Человек победил стихию! Навигация по северным морям длится круглый год, чего раньше и представить нельзя было.

— Живности, наверное, всякой повидали?

— Моржи, тюлени, котики и другие, жиром заплывшие и на льду лежащие, даже головы не повернут, когда корабль мимо идет. Белые медведи часто встречались. Однажды зашли в бухту Провидения, встали на рейд, а возле нас кит всплыл, просто удивительно. Здоровый зверюга! Красивый!

Три года на флоте прошли, оставив в душе С. Е. Мамочкина неизгладимый след. Он до сих пор помнит многих своих сослуживцев и командиров, бережно хранит атрибуты морской тематики. Со смехом рассказывает, как посылали молодых, еще не знакомых с терминологией, к коку за жареной балясиной (ступенька трапа). И тут же дает рецепт бывалого как правильно готовить макароны по-флотски: их, оказывается, перед варкой нужно продуть – чтобы муки внутри не было. А через пару минут с улыбкой сознается – пошутил.

На родине моряка ждала любимая работа и встреча с будущей женой Ольгой, с которой они поженились через три года и счастливо прожили в браке много лет. Вырастили дочь Елену. Подрастает внученька Вероника. После смерти супруги Сергей Евгеньевич больше не женился – однолюб. Всю свою нерастраченную нежность и заботу он выливает на своих обожаемых девчонок и живет ради них.

— Вы с таким трепетом рассказываете о службе. Желания остаться в тех широтах не возникло?

— Зачем? «Крокодилов» кормить? Там летом знаете, какие монстры летают, наши пауты по сравнению с ними – безобидные мошки. А если серьезно: мне, коренному сибиряку, безусловно,  было все внове и интересно, но куда ж я денусь без своих родных камышей? Никакой пусть и трижды замечательный и полезный морской воздух не заменит духа нашего леса, нашей земли. Карканье ворон за огородом, поверьте, милее крика чаек. Человек должен жить, трудиться, растить детей там, где его родина.

Марина Теплякова.