В наше время резные наличники и фронтоны на кровле домов редко встретишь в каком селении. А ведь раньше на Руси деревянные украшения были повсеместно, причем они же служили еще и оберегами, не позволяя проникнуть в жилище тьме и духам. В с. Новоспасск на ул. Зеленой есть такой дом, мимо которого не пройдешь – залюбуешься, как игрушечка. Различной формы узоры, фигуры птиц покрывают не только само жилище, но и палисадник, ворота, гараж. Они придают волшебную красоту и особый старинный колорит всему облику, дарят ощущение тепла, семейного уюта. Проживает здесь мастер Сергей Баннов, в прошлом столяр-плотник, более полувека отработавший в совхозной столярной мастерской.

Хорошо, когда человек умеет что-то делать, имеет за плечами специальное образование, но когда он влюблен в свое дело, творения его рук получаются особенными, душевными. Так сложилось и у Сергея Тимофеевича. Семья их проживала в Кыштовском районе, в 25-ти километрах от центра. Урман, леса в округе – море. Еще мальчонком он пристрастился тесать-выстругивать по дереву. Своего инструмента не было, брал втихомолку у соседа-немца.

— Дождусь, когда стемнеет, и — шасть через огород, — с улыбкой рассказывает умелец, — возьму стамеску там или рубанок. Ночь сижу со свечкой, керосина еще тогда не было, пилю, строгаю, а утречком перед школой обратно под навес, возвращаю, что взял. До тех пор, пока сосед не приметил, сказал матери: «Скажи своему цыганенку, чтобы ко мне зашел». Ну все, думаю, труба! Голову повесил. А он мне велит: «Захочешь – приходи в любое время, бери инструмент, но не тупи да вешай потом на место. Он-то к порядку и приучил, чтобы каждая вещь знала свое место.

Вот так потихоньку, самоучкой, но уже с инструментом в руках Сергей стал осваивать тонкости работы с деревом. Мастерил бесхитростные на первый взгляд, простые, но столь необходимые по хозяйству предметы, а в 10 лет уже снабжал женщин из поселковой бригады граблями, по 12 штук за день успевал делать.

После школы молодой человек собрался поступать в г. Новосибирск на мозаичника. Но судьба не хотела, чтобы он менял свой профиль. В областном центре их вместе с земляком обокрали. Жить-то на что-то надо, вот и решили они возвращаться домой не солоно хлебавши.  На барабинском вокзале Сергей увидел объявление о наборе учащихся в СПТУ-24, туда-то он и пошел учиться на столяра-плотника.

А потом была работа в столярной мастерской с. Новоспасска, которая обслуживала несколько деревень. Это сейчас работа специалиста кажется легкой. Включил в розетку нужный инструмент, вжик – и все, что нужно, готово. В то же время все делалось вручную, бензопил и тех не было, поэтому трудиться приходилось порой до седьмого пота.

— Большей частью управляться приходилось одному. Дадут помощника, а он либо пьющий, либо молодой. Ночь продружит с девушкой, а днем спит на верстаке — какой из него работник? А дел было немерено, надо сказать. Тогда ведь строились активно, и дома возводили, и базы, и гаражи. Везде требовались оконные блоки, рамы, двери и откосы, только успевай, поворачивайся. Столы, стулья, табуреты, даже домовины делали и обшивали их сами.

Чтобы успевать выполнять работу, облегчить самые трудоемкие моменты, С. Т. Баннов придумывал и внедрял в жизнь самодельные «приспособы». Однажды за неделю сделал 100 оконных рам. Не удивились? Тогда сначала попробуйте напилить ручной ножовкой брусья, перетаскать их в столярку и опять же вручную выполнить все остальное. Причем со скрупулезной точностью, чтобы определенная ширина и градус угла сохранились по всей длине, а в конце изделия не вылезли лишние сантиметры.

За чашкой чая минуты пролетают незаметно, Сергей Тимофеевич с удовольствием рассказывает о былых временах. Жили дружно, работали также. Эх, вернуть бы все! А теперь то, что делали, куда вложено столько труда, стало ненужно. Колхозный скот продали, базы за ненадобностью разбирают. Обидно. Много у него в запасе и смешных историй-побасенок, происходивших с ним и его знакомыми, над которыми я от души посмеялась. Для меня совершенно не знакомы понятия фреза, станина, каретка, кряж и прочее, но хозяин так увлеченно говорит о своем деле, так у него горят глаза, что все становится ясно как-то само собой и слушать интересно.

 Во время беседы я разглядываю элементы декора. От них идет своя особая аура лесного духа и чистоты. Двери, гардины, подставки под цветы, этажерки, стол и другое хоть и покрыты лаком, но рисунок дерева прослеживается четко. Рождается ощущение, что здесь даже печь топить не надо – тепло от этих самых предметов, вышедших из-под умелых рук хозяина. Что и говорить, даже уличный туалет здесь выглядит не как отхожее место, а как сказочный домик, украшенный замысловатыми завитушками. Деревянное кружево дома подчеркивает и внутреннее убранство: повсюду лежат вязанные хозяйкой, Татьяной Александровной,  коврики, салфетки, скатерки, придавая интерьеру самобытную красоту. 

— Ну, и охота Вам возиться? – киваю на резной палисадник, понимая, сколько труда и терпения вложено только в него, а ведь мастеру уже 76 лет.

— Было бы неохота, разве бы делал?- усмехаясь в усы, переспрашивает Сергей Тимофеевич.

Приходиться удивляться не только мастерству земляка, но и его безграничному терпению. Придумать рисунок, сделать трафарет и вырезать – одно дело, но ведь эту красоту еще и выкрасить надо, достать кисточкой все места, чтобы без огрехов было.

— С утра сижу до самого вечера, целую неделю, — отвечает на мой вопрос мастер и снова улыбается, а потом вздыхает. – Краску вот только стали делать – слов нет. Месяца не продержалась, выгорела.

На прощание гостеприимные хозяева угостили в дорогу беляшами и пирожками с яблоками, испеченными специально к моему приезду: «Бери-бери! Вернешься домой и приготовить некогда, а так сама поешь и мальца своего покормишь». А хлебосольный  мастер дал с собой еще туесок меда: «Зимой лето вспомнишь». Обижать отказом щедрых простых деревенских людей я не стала. И да, стряпня Татьяне Александровне удалась на славу. Спасибо, очень вкусно!

Марина ТЕПЛЯКОВА.